Назад к списку

Как трансгендерная беженка из Узбекистана объединила активисто_к в Беларуси 

Карина приехала в Беларусь в начале 2018 года. Девушка спасалась от преследований, которым подвергалась в Узбекистане. Мы поговорили с теми, кто не остался равнодушен к ситуации Карины, чтобы понять, чему нас всех может научить этот опыт совместных действий. 


Карина родилась в таджикском посёлке у границы с Узбекистаном. Когда ей было 2 года, родители вместе с Кариной бежали в соседнюю страну: с 1992 по 1997 годы Таджикистан раздирала гражданская война, и многие спасались от смерти, бросая дома и имущество, не зная, смогут ли вернуться. Территории у теперешней границы между Таджикистаном и Узбекистаном тогда были спорными, и таджикским семьям было достаточно легко попасть на территорию другого государства. 

Родители оставили Карину со школьной подругой мамы и поехали дальше. Пообещали, что заберут ребенка, когда устроятся на новом месте, найдут жилье и работу. Однако Карина больше никогда их не видела – родители сказали, что не собираются за ней приезжать, и не оставили адреса и телефона. 

Иллюстрация Дарьи Барышниковой

Карина росла с женщиной, у которой ее оставили. Близкие отношения не складывались, камин-аут Карины не встретил понимания.В 2007 году женщина, воспитавшая Карину, умерла. Девушка осталась совсем одна. Переехала в общежитие при колледже, где училась, потом снимала квартиру. Карина зарабатывала тем, что писала за других курсовые и дипломы. 

Закончив колледж, Карина ощутила на себе все проблемы лица без гражданства в Узбекистане. Дело в том, что беженцы (к их числу относится и Карина), которые попали в страну десятки лет назад, все еще не являются гражданами страны, поскольку такова была неофициальная политика при Исламе Каримове, бывшем президенте Узбекистана. Другого гражданства у этих людей тоже нет, поскольку они переселялись в Узбекистан после распада СССР, во времена вооруженных конфликтов, когда независимые республики еще не были созданы. Лиц без гражданства в Узбекистане очень неохотно берут на работу, даже неофициально. Только заключение брака с человеком, имеющим гражданство Узбекистана, может улучшить ситуацию.В Узбекистане живет почти полтора миллиона людей, которые по национальности являются таджиками. Это самая крупная диаспора на территории Узбекистана – почти 5% всего населения. И многие из этих людей находятся на положении едва ли не бесправных. 

Согласно закону, получить гражданство Узбекистана не очень сложно. Закон “О гражданстве Республики Узбекистан”, принятый в 1992 году, гласит, что иностранные граждане и лица без гражданства могут получить гражданство Узбекистана, если откажутся от иностранного гражданства и будут постоянно проживать на территории республики в течение последних пяти лет. Однако на практике всё не так просто – люди десятки лет не получают никакого ответа на заявления о приеме в гражданство, при этом причины столь долгого рассмотрения не озвучиваются.

Только при новом президенте Шавкате Мирзёеве дело сдвинулось с мертвой точки и лица без гражданства стали получать паспорта Узбекистана. Впрочем, поскольку статистики по числу лиц без гражданства в Узбекистане нет, сложно понять, насколько помогла эта мера. 


Иллюстрация Дарьи Барышниковой

Некоторое время Карина зарабатывала деньги оказанием секс-услуг, поскольку из-за отсутствия гражданства не могла устроиться даже на низкооплачиваемую и не требующую профессиональной квалификации работу. Начались первые задержания. При задержаниях Карина не раз подвергалась насилию (в том числе сексуальному), пыткам и угрозам со стороны правоохранительных органов. Власти Узбекистана видели в ней не трансгендерную женщину, а гомосексуального мужчину, и поскольку однополый секс между мужчинами в стране является уголовным преступлением, это часто становится основанием для шантажа со стороны милиции, злоупотребления положением с целью вымогательства и издевательств. 120 статья уголовного кодекса Республики Узбекистан предусматривает до трёх лет лишения свободы за секс между мужчинами. Что интересно, 120 статья находится в главе 4, которая называется “преступления против половой свободы”, хотя речь о добровольном сексе взрослых людей. 

ООН неоднократно обращала внимание властей Узбекистана на то, что в стране не соблюдаются права человека, в том числе обсуждалась и криминализция мужского однополого секса. В конце 2017 года международной правозащитной организацией Human Rights Watch был выпущен доклад, в котором утверждалось, что новый президент страны не изменил политический курс, и в Узбекистане продолжаются политически мотивированные аресты, преследования инакомыслящих, применение принудительного труда во время уборки хлопка и дискриминация ЛГБТ-людей в жестком проявлении. 

Карина подвергалась двойной дискриминации в Узбекистане: как лицо без гражданства и как трансгендерная женщина. Однажды девушка решила, что не сможет жить дальше, если не покинет страну: преследования и издевательства были невыносимы. Российские ЛГБТ-активисты и активистки помогли Карине бежать. 


Иллюстрация Дарьи Барышниковой

Четыре месяца Карина провела в Мурманске. Девушка просила убежища в России, но ей было отказано. Не нашли оснований – в решении приводился аргумент, что уголовных дел против не возбуждалось, значит, по мнению российских властей, она может безопасно жить в Узбекистане. 25 декабря Карине было предписано покинуть Россию не позднее 1 января под угрозой задержания и депортации в Узбекистан. Для въезда в любую другую страну как лицу без гражданства ей нужна была виза, которую невозможно получить за такой короткий срок. Единственным вариантом стал приезд в Беларусь. Для легального нахождения в Беларуси Карине также нужна виза, но из-за отсутствия границы с Россией можно было въехать в страну, не будучи задержанной. 

В Беларуси тоже было непросто: оказалось, что отсутствие гражданства и визы очень осложняют ситуацию. Однако многие приняли близко к сердцу историю Карины и включились в помощь девушке. 

Коля Антипов, участник команды MAKEOUT

Я первый из беларусских активистов узнал о ситуации Карины. Когда был в предновогоднем отпуске, получил письмо от ЛГБТ-активистки из Мурманска. В письме было сказано, что нужна срочная помощь, что это вопрос жизни и смерти, Карине нужно выехать из России. 

Первоначально я думал, что Карина пробудет в Беларуси 30 дней, а потом вернется в Россию: у активистов и активисток был такой план. Я знаю, что в Беларуси пока нет ЛГБТ-шелтера, но есть убежище для женщин “Радислава”, поэтому я сразу позвонил Оле Горбуновой с просьбой помочь и предоставить жилье на это время. 

Я не знал, что у Карины нет паспорта, что она лицо без гражданства. Карина сказала об этом при встрече на вокзале, и я не понимал что делать, что это вообще значит. Первоначальный план рушился на глазах. 

MAKEOUT не правозащитный проект, и всё, что мы могли делать – это аккумулировать силы сообщества, обращаться к солидарным организациям, чтобы решить вопрос. Мы связались с рядом журналистов, чтобы о Карине выходили материалы, чтобы в обществе была осведомленность о проблеме, формировалось понимание. Я лично понимаю, что не в силах всегда помогать так, как хотел бы. Но я могу находить контакты нужных людей, связывать между собой тех, кому нужна помощь, с теми, кто может ее оказать.

Этот случай однозначно показал, что для организаций и инициатив очень важны совместные действия, важно находиться в контакте. Опыт, полученный всеми нами после кейса Карины, можно использовать и внутри Беларуси: ЛГБТ-людям, живущим в нашей стране, часто нужна аналогичная помощь, они не могут найти работу из-за гомофобии и трансфобии, имеют сложности с жильем, нуждаются в еде и одежде. И важно, чтобы появлялись активисты и активистки из трансгендерного сообщества, которые бы собственным голосом заявляли о проблемах, обращали внимание на них, координировали усилия по решению. 

Ольга Горбунова, председательница Правления общественного объединения "Радислава" (объединение помогает женщинам, пострадавшим от насилия)

Мы помогли решить вопрос с жильем, оказывали моральную и гуманитарную поддержку, помогли пройти медицинский осмотр. 

Отсутствие у Карины гражданства не было проблемой для “Радиславы” – согласно нашему Положению, мы можем оказывать помощь не только гражданкам Республики Беларусь. Вообще когда речь о помощи человеку в критической ситуации, нельзя бояться сложностей с документами. Да, это другие процедуры, но нас не пугает такая ситуация. К тому же, почти все заботы о документах Карины были на Наташе Маньковской, мы с этим не то чтобы сталкивались. То, что Карина трансгендерная девушка, также не было проблемой: мы антидискриминационный проект, и в Положении это прописано. 

Сейчас меня расстраивает то, что Карине сложно найти работу – ей в открытую говорят, что причина в документах или в возрасте. Это иногда подрывает веру в хорошее, поскольку очевидно, что в такой ситуации людям должны помогать не только активисты и общественные объединения, но и иные секторы экономики, государство, бизнес. Это же странно, что человек, бежавший из другой страны из-за угроз, не может найти работу и выстроить комфортную полноценную жизнь. 

В решении проблемы задействовано много организаций и инициатив, и мне кажется, что это первый случай, когда все так объединились. Думаю, что люди в трудных ситуациях чаще бы обращались к активистскому сообществу, если бы такая мощная коалиция существовала постоянно: пострадавшие вряд ли начнут обращаться, если коалиция не будет заявлять о том, такими случаями (в том числе очень сложными) занимаются, что задействованы организации и инициативы с разной спецификой работы, подчеркивать, что эта работа эффективна. Тогда будет больше доверия и больше обращений. Здорово, что сейчас случилось такое взаимодействие, и хотелось бы, чтобы оно сохранялось: тогда сформируется среда, в которой будет безопасно и комфортно рассказывать о своих проблемах. 

Наталья Маньковская, координаторка правозащитного направления в инициативной группе “Идентичность и право” (группа помогает ЛГБТ-людям)

Законодательство нашей страны позволяет получить статус беженца, если человека в его/ее родной стране преследуют из-за принадлежности к определенной социальной группе. Случай Карины под это определение подпадает, поскольку в Узбекистане Карину неоднократно задерживали, избивали и пытали из-за того, что она относится к ЛГБТ. 

На основе рассказа Карины я подготовила для нее ходатайство о защите (официально оно называется “ходатайство о предоставлении статуса беженца, дополнительной защиты или убежища”). Подавать его нужно было в Управление по гражданству и миграции (УГИМ) Мингорисполкома. УГИМ делает заключение по делу и направляет документы в Департамент по гражданству и миграции МВД, который и принимает окончательное решение о предоставлении той или иной формы защиты. Весь срок рассмотрения составит до полугода. В случае отказа у Карины будет 15 дней, чтобы обжаловать решение в суде первой инстанции, потом можно будет подать жалобу в вышестоящий суд. Если во всех инстанциях Карина получит отказ, у нее будет 15 дней, чтобы покинуть страну. 

Также мы обратились к Жану-Иву Бушарди, главе местного офиса Управления верховного комиссара ООН по делам беженцев. Сотрудники и сотрудницы УВКБ очень помогли в решении вопроса с ходатайством о защите. Мы с Кариной сходили в представительство УВКБ и получили письмо поддержки для УГИМ, что значит, что УВКБ будет оказывать Карине помощь во время ее пребывания в Беларуси. Ходатайство также содержало просьбу не задерживать Карину на время рассмотрения ее просьбы о защите и не наказывать за нарушение миграционных правил. Аналогичную просьбу в УГИМ направили и наши коллеги из Human Constanta. 

4 января мы С Кариной подали ее ходатайство о защите в УГИМ. Я присутствовала с ней во время первичной беседы, поясняла некоторые моменты для сотрудницы, которая принимала документы. Интересно, что для сотрудницы УГИМ оказалось новостью, что в Узбекистане до сих пор сохранилась уголовная ответственность за секс между мужчинами. 

Кроме того, одновременно у Карины появилась возможность просить международной защиты от УВКБ в связи с преследованием в Узбекистане. Она прошла необходимое собеседование и предоставила доказательства репрессий. Процедура рассмотрения этой просьбы будет запущена, если Беларусь откажет в предоставлении защиты. Международная защита означает, что УВКБ переселит Карину в какую-либо безопасную страну. 

Насколько я знаю, это первый случай, когда ЛГБТ-человек всерьез ищет убежища в Беларуси. Если раньше такие заявления и подавались, то вскоре люди меняли планы и уезжали в страны Европы. Это будет первый случай, когда ответ (положительный или отрицательный) от Департамента по гражданству и миграции все же будет получен. Это важно, поскольку будет значить, что наши власти признают уголовное преследование за “мужеложество” в Узбекистане вызовом для прав человека, понимают, что такого быть не должно. Или наоборот, если Карина получит отрицательный ответ. 

Также у Карины стоял вопрос работы, и я вместе с ней неоднократно ходила в службу занятости. Со статусом лица, которое ходатайствует о защите, Карину не могут поставить на учет по безработице, но могут оказывать содействие в занятости, то есть консультировать и давать направления к работодателям, которые есть в базе Мингорисполкома. К сожалению, это не помогло. 

Опыта работы с ЛГБТ-беженцами ни у кого из у нас раньше не было, пришлось с нуля изучать законодательство, искать информацию и выстраивать стратегию – и все это нужно было делать срочно. Несмотря на то, что это было неожиданно и стрессово (такого опыта у нас раньше не было), мы очень слаженно поработали. Я имею в виду не только всех активисток и активистов, которые принимали участие в оказании прямой помощи, но и журналистов и журналисток, которые освещали историю. Честно говоря, я не представляю, как бы мы могли справиться поодиночке с такой сложной проблемой. 

Я горжусь быть частью того сообщества, которое может, несмотря на праздники или выходные, в любое время прийти на помощь тем, кто в этом нуждается, отдавать свои знания, силы и ресурсы. Эта история всех нас обогатила. Теперь у нас есть рабочий контакт с минским отделением УВКБ, есть понимание, что и с властями мы тоже можем как-то взаимодействовать, а не просто жить в атмосфере плохо скрываемого взаимного недовольства. 

Елена Огорелышева, координаторка “Community Centre для ЛГБТК+людей и их близких” (КЦ)

После встречи с Кариной стало понятно, что поддержка нужна сразу в нескольких направлениях. Карине требовался психолог, помощь с поиском работы, одежда и обувь, социализация. 

Психологическая помощь – одно из главных направлений деятельности КЦ, у нас есть отлаженный алгоритм работы, поэтому этот запрос было удовлетворить проще всего. Карина встретилась с нашей психологиней Полиной Линник, которая уже много лет работает с ЛГБТК+людьми, и они договорились о регулярных встречах. 

Вместе с Кариной мы подготовили резюме на русском и английском языках, поговорили о том, как уже сейчас, находясь в Беларуси, она может получить и развить те навыки и умения, которые ей пригодятся дальше в жизни. У нее было много вопросов, особенно по поводу изучения английского языка и бесплатных образовательных возможностей в Минске. Карина замечательный и безумно мотивированный человек. Кроме помощи с резюме, мы смогли сделать и конкретное предложение по трудоустройству. Аня, директорка пространства "Столовка XYZ", и Сергей, администратор КЦ, предложили Карине вариант частичной занятости по уборке помещений. Карина начала у нас работать. 

Карина покидала Россию очень быстро, и тогда было не до мыслей о гардеробе. Мы принесли Карине одежду, бижутерию, средства для гигиены и макияжа. Так нам удалось частично закрыть этот вопрос. 

Социализация, расширение круга общения – важная потребность. Особенно в случае Карины. Ей нужен положительный опыт нахождения в публичных пространствах, друзья. И важно, чтобы новые знакомые были дружелюбными, толерантными, не дискриминировали. Мы предложили Карине посетить игротеку Queerspace, вокруг которой уже сформировался свой небольшой круг людей, и прийти на ближайшую лекцию в рамках программы мероприятий КЦ. Что касается долгосрочных планов то, если Карина захочет присоединиться к активизму, самостоятельно организовать в КЦ встречу или какое-то мероприятие, то мы будем рады ее в этом поддержать. 

Безусловно, кейс Карины уникален еще и тем, как сплотилось сообщество в решении этой проблемы. Все помогающие ей организации и инициативы слаженно и хорошо работали. Я восхищаюсь количеством, уровнем и оперативностью работы, которую проделали коллеги и колежанки из других организаций. И очень здорово, что у КЦ были возможности присоединиться к этому процессу. 

Я занимаюсь общей координацией деятельности, а также планированием культурных и образовательных мероприятий. Это приносит опосредованный результат, его сложно мгновенно измерить и увидеть. Я верю, что мероприятия КЦ работают на повышение  уровня толерантности, но всё равно спрашиваешь себя: а интересны ли эти мероприятия кому-то, открыли ли твои статьи что-то новое, нужно ли то, что мы делаем? Не всегда получается сразу найти ответы на эти вопросы. 

Кейс с Кариной – тут было ясно, что и как делать, чем помочь, потому что есть конкретный человек с четко сформулированным запросом. Ты удовлетворяешь запрос и видишь, как помог, это очень осязаемо. Мне кажется, видеть результат своей работы – лучшая методика борьбы с выгоранием, таким частым явлением среди активисто_к.